Интервью 29 октября 2019

Владислав Ерёменко: «Был уверен, что останусь в Америке, но после разговора с Басковым задумался о будущем»

Защитник «Динамо» и сборной Беларуси дал большое интервью порталу pressball.by.


– Как оценишь промежуточные итоги для минского «Динамо» в нынешнем сезоне?

– Старт получился достаточно скомканным. Проиграли несколько матчей в начале сезона. Запомнилась встреча с «Йокеритом» (5:0 – прим. pressball.by), которая придала нам уверенности. Заиграли в свой хоккей, следовали системе и набирали очки. Сейчас немного сбились с правильного пути, но работаем над тем, чтобы вернуть свою игру.

– После следующего свидания с «джокерами» результаты команды пошли на спад. Команда не смогла оправиться после фиаско?

– На самом деле все началось с матча в Риге. Мы уступили 2:3, хотя все настраивались на победу, следом проиграли «Йокериту», отвратно проведя третий период. Считаю, с этого все и началось. Понимаешь, это копится, копится – и вот результат.

– Команда способна попасть в плей-офф?

– Считаю, мы обязаны там быть. Мы можем играть с любым соперником, если следуем своей системе все 60 минут.

– Команде не хватает стабильности. Играете, будто ездите на американских горках. Почему?

– Ох, трудный вопрос... Мы стараемся выполнять тренерскую установку, но где-то кто-то «выключится», где-то получим ненужное удаление, а из-за этого накапливается усталость, сбиваемся с ритма.

– Вудкрофт строгий тренер?

– У нас прекрасный тренерский штаб, мне приятно с ними работать. Любой тренер – строгий. Если не будешь выполнять установку, Вудкрофт будет недоволен.

– При поражениях Вудкрофт переходит на личности?

– Нет. Конечно, есть разбор моментов, когда говорят об ошибках хоккеистов, но он подскажет, как необходимо было действовать. Но в команде никто не «тыкает» в другого и не обвиняет в поражении.

– Недавно уступили «Торпедо» 0:6. Боюсь представить, что творилось в раздевалке.

– Он зашел в раздевалку и спросил: «Что происходит? Почему не выполняете установку? Почему не работаем?» На следующий день провели собрание, поговорили друг с другом. Считаю, неплохо сыграли с «Барысом» (1:2 Б – прим. pressball.by), но где-то не повезло. У нас было много моментов, но свой гол не забили.

– Легко ли Вудкрофт идет на контакт?

– В этом плане все просто. Он готов пообщаться в любой момент. Вудкрофт очень открытый человек, всегда поможет и что-нибудь подскажет.

– Ты уже забросил первую шайбу КХЛ. Запомнилась?

– Конечно. Перед моей дебютной шайбой мы пропустили гол. На скамейке тренерский штаб говорил о необходимости хорошей смены. Так получилось, шайба оказалась на синей линии у Граньяни. Он отдал мне передачу, я развернулся, а соперник выехал под блок. Сделал паузу – он проехал мимо, и я бросил. Отмечу, ребята хорошо сыграли перед воротами.

– Отдали ли шайбу?

– Вообще, их не отдают, но Граньяни выцепил эту шайбу.

– С чипом?

– Да.

– Слышал, обычно взамен выдают сувенирные.

– Граньяни ее сразу забрал. Я, конечно, не смотрел, что там внутри :) Предполагаю, она с чипом. Кроме нее, есть еще дебютная шайба в WHL.

– Как тебе уровень КХЛ?

– Лига очень сильная. Считаю, вторая в мире. Очень много звездных хоккеистов, высокие скорости, много силовой борьбы. На секунду выключишься, сразу накажут. А играть сложнее всего было против «Ак Барса» и «Торпедо». Нижегородцы – очень неудобный соперник. У них в команде небольшие, но быстрые игроки.

– Ты защитник первой пары. Возвращаясь в Беларусь, мог ли предположить такой отличный расклад?

– Когда приехал в «Динамо», было только одно желание – пробиться в команду, показать себя в предсезонке. Считаю, неплохо провел этот этап, но получил травму. До этого все было хорошо. Приятно, что тренерский штаб мне доверяет, но еще нужно много работать, работать и еще раз работать.

Попадание в первую пару стало приятной неожиданностью. По сути, «Динамо» – моя первая команда уровня PRO. Честно, не ожидал, что буду получать столько игрового времени. Мое дело выкладываться в каждом моменте, доказывать, что могу играть на этом уровне.

– У тебя интересный партнер по обороне – Марк-Андре Граньяни. Ты сам атакующий защитник, а тебе в пару еще поставили «полузащитника». Как тебе подобное сочетание?

– В точку, для меня сочетание привычное. В Америке год отыграл в паре с более атакующим защитником. Все было нормально, неплохо чувствовали друг друга. Это хорошо помогает в игре при выходе из-под давления, когда партнер может сделать паузу, отдать хорошую передачу. Думаю, с Граньяни у нас неплохо получается, надо продолжать строить «химию», чтобы становится лучше. Марк-Андре – мастер. Всегда дает мне советы. Граньяни понимает, что я молодой игрок и без этого не обойтись.

– Знание английского стало еще одним фактором, чтобы тебя поставить в пару к Граньяни?

– У нас в команде все ребята неплохо понимают по-английски. Не считаю, что это повлияло на выбор. Кстати, у нас все защитники говорят на английском.

– Однако Готовец по-прежнему переводит команде слова Вудкрофта?

– Да.

– Ты пропустил начало сезона из-за травмы. Сильно переживал?

– Да. Травму получил в последнем предсезонном турнире в Риге. Сыграли один матч, а во второй игре в стартовом периоде получил повреждение. Подумал, что это может быть серьезно, но все оказалось не так страшно. Знал, через неделю стартует чемпионат, а я хотел начать сезон с командой, принять участие в дебютной игре. Благо, пропустил не так много.

***

 

– Почему решил покинуть Северную Америку?

– Думал, что играть еще год в юниорской лиге – конец для меня. Не хотел больше там выступать. Должен был выйти на новый уровень: играть с мастерами уровня КХЛ и НХЛ. Считаю, что могу потянуть этот уровень. Если бы остался в Америке, были бы в этом свои плюсы и минусы.

– Хотел ли ты покинуть США до звонка Баскова?

– До этого был уверен, что останусь. После звонка Баскова задумался о своем будущем. В итоге принял решение попробовать свои силы в КХЛ.

– Какие аргументы приводил генеральный менеджер «зубров»?

– Основной – «Динамо» делает ставку на молодых игроков, а играть в КХЛ – большой шаг вперед в развитии. С такими тренерами и уровнем лиги в ближайшие два-три года могу уехать в НХЛ, если, конечно, буду прогрессировать.

– Рассматриваешь ли клуб в качестве платформы для подъема?

– Конечно, приехал сюда, чтобы стать лучше и приблизиться к НХЛ.

– Например, поступит предложение из АХЛ. Что ответишь?

– Трудный вопрос. На руках такого предложения нет.

– Что советовали родители?

– Были уверены, что останусь в Америке. Однако после разговора с Басковым я позвонил родителям, агенту и мы приняли решение о возвращении в Беларусь.

– Перед приездом в «Динамо» произошла странная история – тебя обменяли в «Мус Джо Уорриорз», хотя в «Калгари Хитмэн» ты был на ведущих ролях. Ты попросил о трейде?

– Нет. Давай расскажу с самого начала. В первом сезоне я получал немного игрового времени, но делал все, что мог. После Нового года мне стали больше доверять, начал набирать больше очков. Во втором сезоне поменялись генменеджер, главный тренер. Новый рулевой поверил в меня, считал лидером команды. Я набрал сорок очков, это помогло попасть на драфт. После этого был полон энтузиазма, думал, что сейчас я эту лигу... В общем, буду проводить много времени, спокойно наберу 60 очков, но тренер вновь поменялся. И новый рулевой оставлял меня на втором плане. Сейчас поясню. Я половину сезона не понимал, что происходит. Работаю, выкладываюсь, а он ставит меня во вторую пару, вторую бригаду большинства…

– С ним нельзя было поговорить лично?

– Можно. Но ты приходишь к нему, объясняешь ситуацию, а он не понимал моего недовольства. Я же играю в большинстве, во второй паре... После разговора я перестал обращать внимание на это. Бессмысленно.

У нас в команде был русский парень. Не знаю, то ли нас с ним считали лидерами, то ли... В общем, было много претензий к нашей игре. Там не так, там не это, мало тренируюсь, туда не хожу, ленивый, хотя я один из первых приходил [на тренировки]. Не знаю, у них была какая-то болезнь… Они думают, что русские ребята ленивые. Возможно, одного такого где-то увидели и теперь вешали ярлыки на всех подряд.

– Тяжелый год.

– Да! Я сыграл первую половину сезона и уехал на молодежный чемпионат мира. Это мне очень помогло. Я раскрепостился, побыл дома. Поставил себе цель – не обращать на него [тренера] внимания, играть в свой хоккей, на пределе возможностей, а если он что-то говорит – махать головой, не пререкаться, если что-то ему не нравится. Приехал с «чистой» головой, во второй половине забил 7-8 голов, вышли в плей-офф, там я был лучшим защитником. Отмечу, мы смогли пройти во второй раунд.

– Встретились с «Эдмонтоном Ойл Кингз» и уступили 0:4 в серии...

– Да... В первой игре за пять минут до конца третьего периода вели 2:0, а в итоге проиграли. Нас это поражение сломало.

– В последней игре проиграли со счетом 0:6.

– Закончили сезон. После него были индивидуальные собрания. Они мне сказали, что могут обменять в другую команду. Я был не против, но обмена не просил. Я не такой человек, который будет просить трейда. Пока мне тренер не скажет, что ему не нужен, буду отдаваться полностью команде. После окончания сезона был в Канаде еще три дня, где-то в это время агент сообщил, что меня обменяли в «Мус Джо».

– Получается, ты был рад таким новостям?

– Да. Я говорил агенту, чтобы не препятствовал обмену. Кстати, мог покинуть команду еще в «Christmas break». Однако «Калгари» не горел большим желанием, да и не нашли подходящую замену.

– Куда могли обменять?

– Не было конкретики, хоть куда-нибудь. Меня могли просто посадить на лавку, даже если неплохо отыграл. Это было невыносимо.

– Как справлялся?

– Было тяжело психологически, постоянно разговаривал с родителями. Старался не показывать, что меня что-то беспокоит, никогда не опускал руки, но в голове все равно эти мысли присутствуют. Понимаешь, поменялась практически вся команда, тренер нашел себе новых лидеров. Например, на старте чемпионата мы проиграли пять игр, хотя в предсезонке всех побеждали. Ничего не работало. Ни большинство, ни меньшинство. Тренер сделал меня виновным за провал в большинстве, хотя если смотреть видео, то видно – не я ошибаюсь и обрезаюсь. До меня даже шайба не доходила! Он начинает тасовать бригаду большинства. Мы начинаем побеждать, поскольку команда хорошая собралась, а у меня никакого шанса заиграть в первой бригаде, даже при «5 на 3» только три-четыре раза вышел на лед.

– С кем ты жил? С «билсами» (семьей, которой клуб платит за проявленную заботу о приезжих хоккеиста – прим. pressball.by)?

– Да. У моего агента семья живет в Калгари.

– Много фанатов приходило на арену?

– Для юниорки да. На играх собирается шесть тысяч болельщиков, пару встреч было по пятнадцать тысяч. Фанаты доброжелательные, всегда подойдут, сфоткаются. Мне приятно. С каждым годом узнавали все больше и больше. Подходили в торговом центре и просили сфотографироваться. Чем больше играешь, тем больше тебя узнают. Появляется больше персональных фанатов, маек с моей фамилией и плакатами.

– Говорят, в Америке более улыбчивые люди, чем в Беларуси.

– Не думаю. Понятно, у нас встречаются сердитые и злые, но и в Америке такие тоже есть.

– В Минске подходят за автографом?

– Возможно, болельщики узнают, но не решаются подойти. Ничего в этом страшного нет.

– Ты отыграл три сезона за «Калгари Хитмэн». Какое самое яркое событие?

– Весь второй сезон. Я наслаждался хоккеем, поверил в себя. В первый год меня не задрафтовали, был очень расстроен. Товарищи говорили, что задрафтуют во второй год, но я лишь отмахивался. Кто за мной будет наблюдать? Однако во втором сезоне у нас собралась классная команда.

– Если не ошибаюсь, во втором сезоне «Калгари» не попал в плей-офф. В первый – да, третий – да, но не второй…

– Верно, мы не попали в плей-офф. В первой половине сезона у нас была классная команда, но потом клуб понаделал обменов, сменив вектор на более молодых хоккеистов. Пришли новые игроки, сезон уже доигрывали. По сути, они строили команду на будущее. Однако я получал много игрового времени.

– Согласен, что ты, Мартынов, Протас и другие сделали неплохую рекламу белорусским хоккеистам? Теперь в юниорских лигах Канады на нас обращают внимание. Например, Соловьев, Пинчук, Оксентюк летом уехали туда.

– Доля правды в этом есть. До нас там играло очень мало белорусов. Помогла федерация. Мы слетали на турнир U16 в Калгари, это очень помогло, поскольку там было много скаутов. Когда приезжает сборная, у них [скаутов] есть шанс выцепить хорошего хоккеиста, качественного «импорта». Мы себя неплохо показали, клубы заинтересовались. Это большой шаг вперед.

– У нас много упрекают молодежь. Мол, ее нет. Думаю, ты не согласен.

– Да, не согласен. Посмотрите на юниорские канадские лиги – это лучшая [молодежная] лига в мире. По сути, это юниорская НХЛ. Там много наших ребят на лидирующих позициях, они забивают, отдают передачи. У нас есть хорошие молодые игроки. Может, в Беларуси их неправильно используют, или другой подход в стране.

***

– Тебя задрафтовал «Нэшвилл». Были ли разговоры с представителями других клубов?

– В первой половине начал набирать много очков и поверил, что меня могут задрафтовать на второй год. Попал в какие-то списки и в течение второй половины сезона подходили многие скауты. Интересно, что среди них не было представителей «Нэшвилла». В общем, на драфте рассчитывал на другие команды.

– На кого?

– Если бы меня никто не задрафтовал, то я должен был ехать в кэмп «Вегаса». Были разговоры, что «рыцари» могут не потратить на меня пик, но будут ждать в качестве свободного агента. Был готов к поездке в «Вегас». Еще одним клубом была «Филадельфия». Говорили, что могут взять. Правда, это ничего не значит, ведь они это многим говорят.

– Ты ездил в лагерь развития «Нэшвилла». Как тебе уровень хоккеистов системы?

– В этом лагере идет тренировочный процесс, обучающий. Объясняют, как правильно питаться, как вести себя в социальных сетях. Там все ребята сильные и чего-то стоят. У клубов НХЛ есть свои мерки. Например, если игрок задрафтован в первом раунде, то делают из него звезду, будут давать шансы.

– Твои перспективы туманные, ведь у «хищников» хороший подбор сильных защитников.

– Поначалу я обрадовался, агент сказал, что это хорошая команда, организация. Потом я посмотрел ростер «Нэшвилла»… Там 3-4 защитника входят в топ-20 игроков обороны НХЛ. Действительно, сильная оборона, звездный состав. Однако мне приятно, что меня оценил и задрафтовал клуб с одной из лучших оборон в лиге.

– Обсуждал ли с руководством «Нэшвилла» переезд в КХЛ?

– Была беседа, агент разговаривал с клубом. Они пришли к соглашению, что «хищники» не против поездки в КХЛ. Кстати, Вудкрофт знает многих людей в клубе, так как там работал. Они могут ему позвонить и узнать про меня. На данный момент мне особо никто не пишет. Есть тренеры, скауты, которые пожелали удачи перед сезоном.

***

– Удивило приглашение в национальную команду?

– Конечно, новость приятная. Первый вызов в сборную… Теперь есть шанс показать себя.

– Разговаривал ли с тобой Михаил Захаров?

– Нет :) Мне пришло уведомление на телефон, что выбрали состав сборной. Прочитал, увидел себя! Теперь нужно доказывать, что вызвали не зря.

– Для тебя это волнительный момент?

– Конечно, немного волнительно. Это нормально. Подобные чувства были в молодежной сборной, когда в Баффало ездили. В первых матчах пытался осознать, на каком высоком уровне играю. Конечно, в подобные моменты нужно оставаться спокойным и делать свою работу.

– Захаров говорил, что все хоккеисты, которых он вызвал, потенциальные игроки для поездки на ЧМ. Как оценишь свои перспективы?

– Не хочу их оценивать. Хочу делать все для того, чтобы тренер взял меня на «мир».

 

В этой статье Владислав ЕременкоВладислав Еременко
К списку новостей

Другие новости рубрики
Последние новости других рубрик
Регистрация

Динамо-Минск
У вас уже есть аккаунт? Войти
Авторизация
Восстановление пароля
Впервые на нашем сайте?Пройти регистрацию